Конституционное право понятие демократия

Конституционное право понятие демократия

Тема 13 Институты непосредственной демократии

Институты непосредственной демократии

Народовластие в Российской Федерации может осуществляться в двух основных формах: непосредственной и опосредованной. К первой, так называемой прямой, непосредственной, демократии относятся:

отзыв депутата представительного органа власти и выборного должностного лица (на федеральном уровне не предусмотрен);

народная законодательная (правотворческая) инициатива (возможна только на региональном и местном уровнях);

формы непосредственного осуществления населением местного самоуправления (сход граждан, собрания и конференции граждан, публичные слушания и т. д.) и др.

Опосредованная форма народовластия (представительная демократия) связана с осуществлением власти через избранных представителей, органы государственной власти и органы местного самоуправления (в том числе и единоличные).

Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы. Здесь необходимо иметь в виду, что, во-первых, установлены иерархия форм непосредственной демократии, их деление на высшие и иные, а во-вторых, нет градации внутри высших форм народовластия: референдум и свободные выборы являются в одинаковой степени высшими формами осуществления власти народом.

Похожие главы из других книг

Статья 77. Отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью

Статья 77. Отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью 1. При непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении

Институты непосредственной демократии

Институты непосредственной демократии Институты непосредственной демократии широко практикуются в Швейцарии на различных уровнях. Их появлению на национальном уровне предшествовало широкое применение различных голосований в кантонах и коммунах. На федеральном

Конституционное право понятие демократия

Управление человеческой общностью может осуществляться двумя различными методами — авторитарным и демократическим.

Основным качеством демократического метода является то, что управление человеческой общностью осуществляется по воле большинства ее участников, создавая

систему учреждений, с помощью которой выявляется и осуществляется воля большинства, оформленная в виде соответствующих актов. Государствоведение выделяет три существенные стороны демократии:

1. .Демократия представляет собой определен-ную форму государства, так как правление по воле большинства предполагает наличие учреждений, с помощью которых эта воля формулируется в виде законов и осуществляется. Первоначальной государственной формой демократии была непосредственная (или прямая) демократия, но сейчас она не применяется нигде. Она сохраняется как форма управления лишь в

трех горных кантонах Швейцарии. Современная демократия является представительной: воля большинства в центре и на местах формируется и выражается центральными (парламенты, учредительные собрания) и местными (муници-палитеты) представительными учреждениями. В современную эпоху демократия может иметь своей государственной формой как республику (США, Франция, Италия), так и монархию (Великобритания, Швеция, Канада, Япония).

2. Демократия представляет собой политический режим, т. е. определенный метод осуществления государственной власти (противопоставление — фашизм). Для демократии как политического режима характерно наличие центральных и местных представительных учреждений, выборности, законности и легального существо-вания различных партий и общественных организаций.

3. Демократия предполагает провозглашение формального равноправия, предоставление всем гражданам юридически одинакового правового положения.

Похожие вопросы

  • Понятие, сущность, основныепризнакиполитического.
    Многочисленные демократические теории условно можно подразделить на три основные разновидност. Понятие, сущность, основныепризнакиполитическогорежимадемократии.
  • Конституционное право зарубежных стран — Основные теории.
    Понятие, сущность, основныепризнакиполитическогорежимадемократии. Управление человеческой общностью может осуществляться двумя различными методами — авторитарн.
    Основные теории демократии.
  • Шпаргалки по конституционному праву зарубежных стран
    Понятие, сущность, основныепризнакиполитическогорежимадемократии. Управление человеческой общностью может осуществляться двумя различными методами — авторитарным и д. подробнее ».
  • Конституционное право зарубежных стран — Основные.
    Понятие, сущность, основныепризнакиполитическогорежимадемократии. Управление человеческой общностью может осуществляться двумя различными методами — авторитарн.
  • Конституционное право зарубежных стран — Монархия: понятие.
    Фашизм и другие виды авторитарных режимов. Фашизация политическогорежима осуществля-ется обычно по следующим основным направле-ниям: от.
    Монархия: понятие, признаки, сущность.
  • Конституционное право зарубежных стран — Фашизм и другие виды.
    Монархия: понятие, признаки, сущность.
    Фашизация политическогорежима осуществля-ется обычно по следующим основным направле-ниям: открытое нарушение и попрание демократических прав и свобод; преследование запрещение оппозиционных и политических.
  • Теория государства и права — Политическая система общества.
    Проблема сущности права. 1 Гно. Политическая система общества и государства.
    В зависимости от методов осуществления власти (политическогорежима) выделяются следующие политические системы: демократические (либерально-демократические).
  • Конституционное право зарубежных стран — Понятие.
    Понятиеполитических партий, их сущность, организация и функции.
    Члены политической партии всегда принадлежат к одной социальной группе общества. Для достижения общих целей своей партии ее члены используют принципы демократии и гласности.
  • Шпаргалки по экзамена по обществознанию
    Одно из значений понятия “личность” выражает сущность человека, само. подробнее ». Государство и его основныепризнаки. Государство является древнейшим политическим институтом, главным элементом
    Каковы основные принципы современной демократии?
  • Государственное и муниципальное управление — Понятие формы.
    Понятие, признаки и структура правоотношений.
    Политическийрежим — методы осуществления гос-ной власти.
    Определяется его содержанием, в которое входит сущность гос-ва, определяющая наиболее принципиальные, главные черты формы.

найдено похожих страниц:10

КОНСТИТУЦИЯ И ДЕМОКРАТИЯ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ ПЕРЕХОДНОГО ТИПА

д-р юрид. наук, профессор

директор Саратовского филиала Института государства и права РАН

Владивостокский государственный университет экономики и сервиса

Таганрогский институт управления и экономики г.

Не только в современной теории государства, но и в рамках науки конституционного права формирование демократических политико-правовых институтов, как правило, связывают с принятием конституций, в которых, собственно, и фиксируются основные принципы народовластия, формы правления и устройства конкретного государства и т.п. В историческом плане, это, по сути своей, предполагает, что первые конституции возникли не ранее первых европейских буржуазных революций и являются «результатом долгой и тяжелой классовой борьбы между феодализмом и абсолютизмом — с одной стороны, буржуазией, крестьянами и рабочими — другой» [1].

Такой подход к проблеме генезиса и развития конституций (точнее «писанных конституций»), безусловно, имеет и исторические предпосылки, и собственную логику, вырастающую, естественно, из базовых постулатов классового подхода к праву, государству, обществу. Однако методологическое преодоление этого, весьма узкого по своим эвристическим возможностям типа понимания природы правовых и политических явлений убеждает в том, что, во-первых, формирование разного рода «демократий» изначально не было связано с процессом создания конституций, но являло собой самостоятельное проявление специфических социальных, духовных, социокультурных факторов и установок.

Так, «именно греки (вероятнее всего, афиняне) ввели в обиход термин «демократия». Судя по всему, термин демократия, носивший оттенок недоброжелательности, употреблялся аристократами как эмоционально окрашенный эпитет и выражал презрение к простолюдинам, которые сумели оттеснить аристократов от управления государством» [2]. По мнению ряда современных исследователей

(Л.П. Маринович, Г.А. Кошеленко, А.И. Ковлер и др.), еще на уровне гуманитарной интуиции идеи о «гражданском равенстве» развивал софист Протагор, а первое употребление самого понятия демократия приписывают Фукидиду.

Однако это только один (афинский или «полисный») сценарий «демократизации» общества и государства. В Древнем Риме и формирование, и развитие демократических институтов, впрочем, и их упадок происходили, по иному, а именно в рамках имперской государственно-правовой парадигмы (римско-имперский вариант демократии).

Ряд современных западных правоведов и политологов (Х. Аренд, Л. Фридмэн, Ф. Фукуяма) серьезно полагают, что демократия суть американское изобретение и «родилась она 200 лет назад» в США, где действительно была связана с конституционными процессами и в результате достигла искомой цели — привела к либеральному «концу истории» (Ф. Фукуяма), когда борьба идеологий и разных моделей политико-правового развития общества уступила место конкуренции «стратегий эффективного удовлетворения потребностей человека и общества». Правда, вариантов «конца истории» (как и «задворков истории») также более чем достаточно: до Фукуямы имели место философско-правовые идеи Г.В.Ф. Гегеля, видевшего «конец истории» в «шествии Наполеона» и «обуржуазивании» социальных отношений, после Г егеля в этом же направлении А. Кожев представил свои наработки, связывая «конец истории» с «борьбой сталинской и фордовской» историй и т.п.

В общем же (отбросив разного рода философские интенции в этом вопросе), согласимся с Р. Далем, считающим, что «судя по всему, демократию, так же как и огонь, живопись, письмо, изобретали не однажды и не в одном месте» [2]. Возникали соответствующие условия (в сфере духа и в сфере «материи») и начинался процесс «демократообразования», идущий, разумеется, разными темпами и в разных формах, и дающий, естественно, отличающиеся результаты. Так что «либеральная демократия» не может быть единственным вариантом функционирования ее правовых и политических институтов, структур, не является некой «универсальной», а значит и не «венчает» собой «конец истории».

Во-вторых, вряд ли целесообразно ограничиваться исключительно позитивисткой трактовкой национальных конституций (изучая, прежде всего, их в юридико-техническом контексте) и обходить вопрос о соотношении «юридических» и «фактических» конституций, поднятый еще Ф. Лассалем, считающим, что если «. писанная конституция не будет соответствовать фактической, действительной между ними неизбежно рано или поздно произойдет столкновение. Писаная Конституция, этот лист бумаги, этот акт, неизбежно побеждается конституцией естественной.» [3]. В этом плане, например, текст Конституции вполне может и не совпадать с содержанием реальных (в том числе, и демократических) процессов, не отражать правовой или политической специфики транзитивного общества, а значит и не быть юридическим вектором его дальнейшего развития.

Напротив, в истории имеют место случаи, когда писанная Конституция отсутствует, но национальное государственно-правовое поле адекватно исторически сложившимся социальным связям и институтам (от семьи до верховной власти). Так, Московская монархия имела, разумеется, свою неписаную конституцию, однако эта конституция свое торжественное выражение имела не в хартиях и договорах, не в законах, изданных учредительным собранием. а в том чисто нравственном убеждении, что порядок, устанавливающий характер внешней мощи государства и его распорядителей. установлен свыше, освящен верою отцов и традициями старины» [4].

В-третьих, практика показала, что глубоко неверно формировать и принимать писанные Конституции в условиях острого политического (цивилизационного, идеологического либо, вообще, системного) кризиса, причем, нередко кризиса самой демократии. В 1923 г. П.И. Новгородцев писал: «. демократический строй привел не к ясному и прямому пути, а к распутью. вместо того, чтобы быть разрешением задачи, демократия сама оказалась задачей» [5]. Например, можно ли в полной мере считать адекватной историческим, духовным, ментальным, социально-экономическим особенностям российской государственности принятую, что называется прямо в «жаркие дни» серьезного кризиса постсоветской демократической модели Конституцию РФ 1993 г.? Либо Основной Закон нашего государства стоит рассматривать как своего рода «временным актом» или «актом переходного периода» и т. п.

В этом же контексте в отношении Конституции РФ стоит заметить, что содержание этого важного нормативно-правового акта формировалось вне какой-либо четкой и ясной, национально выверенной политико-правовой стратегии развития нового отечественного права и государства: привычное для отечественного интеллектуального и духовного пространства противоборство модернизаторско-либерального, западнического, и консервативно-охранительного, славянофильского (и не только) в период 1992-1993 г. не состоялось (советский период привел к практическому забвению многих славянофильскоконсервативные идей, заменив их исключительно классовой версией государственно-правового развития, напротив, в это время «либерализм вошел у нас в моду. Никто не осмелился сказать у нас слово без либеральной приправы, всякий старается оправдать свои фантазии либеральными целями» [6]), а потому и вопрос о поиске способов нормативно-правового выражения русской идентичности (на публичном уровне, буквально, несколько дней назад один из аспектов этой проблемы прозвучал в решении XVIII Всемирного русского народного собора, 2014 г., указавшего на важность «нормативного закрепления статуса русского народа как государствообразующего, памятуя, что вокруг него сформировалась вся семья народов России») в Основном Законе России вообще не прозвучал.

Конечно, не так давно прошедшее 20-летие Конституции РФ является еще одним поводом не только для общего рассмотрения содержания ее статей, особенно в плане выявления «успехов» или «неудач» их действия в отечественном государственно-правовом пространстве, но и для историкополитической (конечно, в отмеченной здесь широкой трактовке этого способа, являющейся, по сути своей, социально-политической) интерпретации ее социокультурной праворегулятивной природы, национальной и нормативно-регулятивной специфики.

Нерешенность же этих вопросов в современной российской правовой литературе очевидна: большинство научных статей, докладов, монографических исследований, вышедших за последние годы, в том числе и к этой, эпохальной дате, были в основном посвящены юридико-техническим либо политическим проблемам конституционализма на рубеже XX-XXI вв., осмыслению места и значения Основного закона в государственном строительстве, критическому анализу советских конституций, на фоне которого и «высвечивался» прогрессивный характер Конституции 1993 г. и т.п.

В правокультурную же, правоментальную и историческую «подкладку» этого, безусловно, важного и знакового в истории постсоветской государственности документа (за редким исключением) никто «не посмотрел», не подверг скрупулезному изучению архетипические, социальные, культурные основания действующей Конституции, другими словами, не провел ее «этнокультурной экспертизы».

Правда, конечно, имели место и упомянутые здесь «исключения».

Так, например, Ю.С. Пивоваров серьезно полагает, что Конституция РФ не смотря ни на что «соответствует нашей политической ментальности». М.Ю. Урнов придерживается иного мнения и считает, что «. между идеями, содержащимися в Конституции, и нашей ментальностью лежит глубокая пропасть. Конституция, при всех ее недостатках, основана на либеральных ценностях. Что же касается массового сознания, то оно в настоящее время пребывает во власти глубочайшего авторитарного синдрома. Избавление общества от авторитарного синдрома и правового нигилизма и приближение правосознания к фундаментальным идеям Конституции может быть обеспечено . только системным совершенствованием институтов власти и повышением правовой культуры» [7].

Конечно, трудно спорить с первой частью суждений М.Ю. Урнова, но сделанные им выводы, в принципе, повторяют уже ставшие привычными социальные мифы:

а) исторически «укорененный авторитарный синдром» россиян;

б) необходимость «переделки» национального политического и правового сознания (культуры, ментальности) под букву и дух «прогрессивной» Конституции РФ [8][1].

Несомненно, большой интерес представляют и суждения одного из авторов Конституции РФ, С.М. Шахрая, который в полной мере справедливо указывает, что «Конституция — это не просто юридический текст. Конституция — это сложный, живой, постоянно работающий механизм. Конституция создает необходимые условия и одновременно разумные ограничения для свободы общественного и политического творчества. Это в свою очередь помогает постоянно адаптировать практику государственного и общественного управления к новым вызовам современности. А способность эффективно отвечать на вызовы, не изменяя самим себе, своей истории и своей культурной матрице, лежит в основе успешного развития и успешной конкуренции всех социальных систем.» [9].

Однако несколько ранее по тексту он отмечает, что «исторически сложилось так, что первые пять- семь лет после принятия Конституции 1993 года главным критиком нового Основного Закона была именно Государственная Дума, что серьезно тормозило претворение многих конституционных положений в жизнь. В таких условиях в середине 1990-х годов главным инструментом для продвижения идей и принципов Конституции стали Конституционный Суд Российской Федерации и Глава государства. Это были два института, которые сыграли, как сказали бы наши зарубежные коллеги, контрмажоритарную роль. «Контрмажоритарный» институт — это институт, который может законно противостоять воле большинства» [Там же].

Правда, С.М. Шахрай подробно не останавливается на рассмотрении и анализе причин, приведших к такого рода ситуации в российском политико-правовом пространстве первой половины 90-х годов ХХ в. Однако некоторые из них представляются вполне очевидными: стремление «продавить» заимствованные политико-правовые нормы и институты в ткань национальной политической системы и тем самым пойти по пути «опережающего развития», когда институционально-нормативная основа создается ранее, чем этого требуют объективные процессы развития переходной и нестабильной экономической и политической системы, что, безусловно, приводит к отторжению многих конституционных положений со стороны, казалось бы, наиболее демократического органа государственной власти 90-х годов — Г осударствен- ной Думы РФ, и, в конечном счете, порождает отмечаемые С.М. Шахраем «контрмажоритарные меры», проявляющие стремление ряда представителей национальных властных элит к быстрому и механическому навязыванию России чужеродного политического и юридического мира.

Наверное, в период «проталкивания» либеральной модели реформирования в постсоветской России вряд ли кто-либо (в высших эшелонах власти) серьезно задумывался о том, что формирование и распространение, диффузия типов (или образцов) правовых институтов и институтов государственной власти идет далеко не в прозрачной среде, как говорится «с чистого», готового к любым рецепциям правосознания (конечно, в широком, непозитивистском его понимании), а в очень насыщенной, и даже «туманной» сфере мощного «поднормативного регулирования» — обычного, традиционного, религиозного, корпоративнообщинного и др. И простое наращивание формально-правовых конструкций, постоянное увеличение нормативного массива, количества разных законов не приводит к ощутимым положительным изменениям, а часто, вообще, выхолащивается, сводясь к простому декларированию и пустым пожеланиям. Вообще, наивно рассчитывать, что при столкновении закона и жизни, устоявшихся в социуме представлений, ценностных ориентациях и коррелирующих с ними потребностей и интересов граждан и их групп обязательно «победит закон».

В целом же, в общем теоретико-методологическом ракурсе рассмотрения правокультурной и исторической природы Конституции России необходимо выделить несколько важных (узловых) для сближения фактической и юридической конституций моментов:

1) властные элиты должны стремиться донести до сознания большинства населения знание базовых конституционных норм, порождаемое, прежде всего, через процесс качественного толкования последних;

2) нельзя уйти от проблемы морально-нравственного фундамента, необходимого для усвоения конституционных положений в современном российском обществе, с учетом его исторических, социокультурных, ментальных и иных основ;

3) через эффективно работающие институты правового образования, воспитания, в хорошем смысле, идеологический механизм осуществить систему мер по созданию российской властной элиты, мыслящей в лучших национальных государственно-правовых, державных традициях.

1. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 22. — С. 372.

2. Даль, Р. О демократии / Р. Даль. — М., 2000. — С. 17.

3. Лассаль, Ф. О сущности конституции // Конституционное право: хрестоматия / Ф. Лассаль; сост. Н.А. Богданова. — М., 1996. — С. 47

4. Алексеев, Н.Н. Современное положение науки о государстве и ее ближайшие задачи / Н.Н. Алексеев // Русский народ и государство. — М., 1998. — С. 529.

5. Новгородцев, П.И. Демократия на распутье / П.И. Новгородцев. — М., 1992. — С. 541.

6. Катков, М.Н. Идеология охранительства / М.Н. Катков. — М., 2009. — С. 298.

7. Конституция 1993 года как план будущего для России: материалы круглого стола. — М., 2009. —

8. Чиркин, В.Е. Конституция: российская модель / В.Е. Чиркин. — М., 2002. — С. 11.

9. Шахрай, С.М. К 20-летию Конституции Российской Федерации: из истории российского конституционализма и государственного строительства / С.М. Шахрай // Вопросы правоведения. — 2013. — № 2. — С. 14, 15.

КОНСТИТУЦИОННЫЕ ФОРМЫ НЕПОСРЕДСТВЕННОЙ ДЕМОКРАТИИ

План

1. Понятие непосредственной и представительной демократии.

4. Народная инициатива.

Понятие непосредственной и представительной демократии

Одним из главных принципов реализации прав и свобод человека является принцип народного суверенитета, согласно которому источником и носителем власти является народ. Например, в ст. 5 Конституции Украины 1996 г. указано, что «носителем суверенитета и единственным источником власти в Украине является народ», в ст. 3 Конституции Арабской Республики Египет 1971 г. — «провозглашается суверенитет народа, который является единственным источником власти», а в п. 3 ст. 1 Конституции Республики Болгария 1991 г. закреплено, что «никакая часть народа, политическая партия или другая организация, государственное учреждение или отдельная личность не может присвоить осуществление народного суверенитета». Подобные положения содержатся и в ст. 3 Конституции Французской Республики 1958 г., ст. 3 Конституции Португальской Республики 1976 г., в основных законах постсоциалистических и постсоветских странах. Например, в ч. 1 ст. 3 Конституции Республики Беларусь 1994 г. определено, что «единственным источником государственной власти в Республике Беларусь является народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно и через представительные органы в формах и пределах, определенных Конституцией».

Начиная с XVIII в. , когда в различных странах Европы углубился процесс формирования национальных государств, народный суверенитет определяют как национальный суверенитет. Так, в ст. 3 Декларации прав человека и гражданина 1789 г. установлено, что «источник суверенитета сущностно отнесен к нации. Никакая корпорация, ни один индивид не может быть наделен властью, которая не исходит явно из этого источника».

Термин «национальный суверенитет» напрямую связан с народом как совокупности граждан или как совокупности избирателей. Другими словами — это понятие объединяет государственную власть и ее носителя. Например, в ч. 1 ст. 3 Конституции Французской Республики 1958 г. указано, что «национальный суверенитет принадлежит народу. «, а в п. 2 ст. 1 Конституции Королевства Испания 1978 г.

определено, что «носителем национального суверенитета является испанский народ, источник государственной власти». Подобным образом определенный носитель источника власти и в конституциях Бельгии, Люксембурга, Польши, Турции.

Во многих мусульманских странах национальный характер государства свидетельствует ее официальное определение как арабского. При этом в основных законах Бахрейна, Египта, Иордании, Йемена, Катара, Кувейта, Ливии, Марокко, Объединенных Арабских Эмиратов, Омане, Сирии отмечено, что народы этих стран есть «частью арабской нации». Например, в ст . 1 Конституции Арабской Республики Египет 1971 г. провозглашено, что «египетский народ — часть арабской нации. «, в ч. 1 ст. 1 Конституции Королевства Марокко 1996 г. установлено, что «. Королевство Марокко является частью Великого Арабского Магриба».

Итак, определение «национальный» часто выступает как синоним определению «народный», что указывает на политическую, а не этническую) природу нации, которая является подходящим объектом конституционного регулирования.

Конституционное закрепление принципа народного суверенитета предполагает создание механизма его реализации (способов организации и осуществления государственной власти), который охватывается понятиями «непосредственная демократия» и «представительная демократия».

Непосредственная демократия — это осуществление власти самим народом путем голосования или путем поддержки предложений (инициатив), в результате которых могут быть приняты властные решения.

Формами непосредственной демократии являются референдум, выборы, собрания, сходы граждан и т.д. Примером одной из указанных форм демократии может служить земельные лестница некоторых швейцарских кантонов, которые, как правило, происходят ежегодно в определенном месте и в определенный день, на которых рассматриваются вопросы и принимаются решения путем голосования участников. Также распространена система общего собрания жителей деревень в Индии (так называемая панчаятна система). Например, согласно ст. 243в Конституции Республики Индия 1949 г. «. могут быть созданы панчаяти на сельском, промежуточном уровне, и на уровне округа. «.

В некоторых странах (Великобритания, США, Украина) подобные собрания функционируют на уровне административно-территориальных единиц обычно низшего уровня. Например, в ст . 8 Закона Украины «О местном самоуправлении в Украине» от 21 мая 1997 г. предусмотрено общее собрание граждан по месту жительства, которые являются «формой их непосредственного участия в решении вопросов местного значения».

Представительная демократия — это осуществление власти уполномоченными народом представителями относительно принятия властных решений.

Указанные представители могут функционировать или коллегиально как соответствующие органы, или как должностные лица. Они имеют представительские мандаты, которые получили во время выборов. Тем самым прямые выборы, что является одной из форм непосредственной демократии, сочетаются с представительной демократией. Например, в п. 3 ст. 38 Конституции Республики

Молдова 1994 г. указано, что «право быть избранным гарантируется гражданам Республики Молдова, имеющим право избирать, в соответствии с законом», в ч. 2 ст. 43 Конституции Республики Словения 1991 г. установлено, что «каждый гражданин . имеет право голосовать и выставлять свою кандидатуру на выборы».

На сегодня представительная демократия приобрела в наиболее развитых странах по сути доминирующей роли, что не отрицает ее взаимосвязей с непосредственной демократией. В условиях демократического развития общества и государства противоречия и несогласованности между указанными формами не возникают.

Портал «Юристъ» — Ваш успех в учебе и работе!

Конституционное право

Понятие непосредственной демократии и ее форм складывалось постепенно и ученые разных стран делали акценты на различных ее сторонах.

Демократия является непосредственной, отмечают профессора А. и Ф. Демишель и М. Пикемаль, если народ правит сам, на своих собраниях, если нет различия между управляющими и управляемыми. Напротив, она является представительной, если граждане осуществляют свой суверенитет лишь посредством выборов представителей, которые затем осуществляют управление от их имени’.

Распространенность представительной демократии авторы связывают с причинами технического характера. Невозможно, чтобы все члены общества принимали участие в управлении, считают они. Проблема заключается не в выборе между представительной или непо- Я средственной демократией, а в выяснении «объема» непосредственной демократии. С точки зрения политической, буржуазная демократия всегда относилась крайне сдержанно к непосредственному участию населения в управлении. Весьма интересно звучат рассуждения об элементах «полунепосредственной» демократии. Под этим термином, объясняют они, классическая теория понимает введение ряда институтов, обеспечивающих непосредственное участие народа в управлении при сохранении в целом представительной системы, а на деле это сводится к некоторым институтам, практическая значимость которых, по мнению ученых, весьма невелика.

В отдельных случаях народ участвует вместе с его представителями в решении вопросов законодательного или конституционного порядка: он может обладать либо правом законодательной инициативы, либо правом вето (в последнем случае несогласие части населения с законом, принятьш представителями, требует консультации со всем народом с целью выяснения, должен ли данный закон вступить в силу).

‘ См.: Демишель А., Демишель Ф., Пикемаль М. Указ. соч. С. 12.

2. Непосредственная демократия: понятие, юридическая природа и формы 161

В других случаях право принятия решения передается народу либо частично (всенародный референдум с целью утверждения того, что было сделано представителями, этот институт особенно часто используется при пересмотре конституций), либо в полном объеме, когда представители совершенно отстраняются от участия в решении вопроса, вынесенного на референдум (случай, предусмотренный ст. 11 действующей Конституции Франции)’.

О взаимосвязанности двух форм демократии говорит Конрад Хес-се: «Политическое господство парламента и правительства является господством, доверительно ограниченным большинством народа, ответственным, срочным и целесообразным, которое подвержено критике и контролю, видоизменяется и дополняется путем участия народа в политическом формировании воли»2.

Конрад Хессе выделяет несколько форм непосредственного политического волеизъявления народа: во-первых, это парламентские выборы, во-вторых, голосование во время проведения плебисцита или референдума, и в-третьих, через посредство специальных органов.

Выборы он вообще считает ядром демократического строя в силу того, что в них участвует весь народ, а также потому, что порядок выборов определяется принципами свободы и равенства. Лишь тогда, когда выборы являются свободными, отмечает К. Хессе, они становятся легитимирующими, только тогда все депутаты народа имеют право голоса, когда все голоса равны и существует равное избирательное право как основное условие современной демократии.

Конституция, считает К. Хессе, дает возможность образования общественного мнения, способного противостоять мнению парламента, правительства и администрации и способного обрести значительное влияние, что позволяет народу оказывать воздействие на политическую жизнь помимо выборов3.

Союзы и партии в современных условиях также являются необходимыми факторами демократического волеизъявления, поэтому ст. 9 Основного закона ФРГ закрепляет право образовывать союзы и общества, а ст. 21 устанавливает, что партии содействуют формированию политической воли народа. Партии, которые по своим целям или поведению своих сторонников стремятся причинить ущерб основам свободного демократического порядка, либо устранить его, либо поставить под угрозу существование Федеративной Республики, противоконституционны, — говорится в п. 2 ст. 21.

2 Хессе К. Указ. соч. С. 74. ‘ Там же. С. 74.

162 Глава VIII. Конституционные формы народовластия

К другой форме непосредственного политического волеобразова-ния К. Хессе относит референдум, который протекает в рамках конституционного строя, предусмотренного п. 2 ст. 20 Основного закона ФРГ. Институты плебисцита и референдума, отмечает он, ограничиваются только вопросом о переустройстве федерации и регулируются ст. 29 и 118 Конституции ФРГ.

Благодаря праву на свободу мнений, закрепленному в ст. 5 Основного закона ФРГ, создается важный механизм их коррекции с>по-мощью «специальных органов», предусмотренных п. 3 ст. 20, считает автор. Чтобы было понятно о чем идет речь, целесообразно привести выдержку из ст. 20:

(2) Вся государственная власть исходит от народа. Она осуществляется народом путем выборов и голосований и через посредство специальных органов законодательства, исполнительной власти и правосудия.

(3) Законодательство связано конституционным строем, исполнительная власть и правосудие — законом и правом.

Таким образом, подводя итог анализу, можно сделать следующие выводы: 1. Все формы непосредственной демократии способствуют активизации политической жизни любой страны. 2. Удельный вес и значение каждой из форм демократии различны и зависят от множества национальных, исторических, политических и иных обстоятельств, характерных для каждого общества. 3. Значимость этой формы народовластия столь велика, что фактически все современные конституции содержат положения о формах непосредственной демократии. Наиболее распространенной формой непосредственной демократии являются выборы.

Под выборами в конституционном праве обычно понимают участие граждан в осуществлении власти народа посредством вьіделения из своей среды путем голосования представителей для выполнения в государственных органах или органах местного самоуправления функций по осуществлению власти.

С помощью выборов формируются различные органы государственной власти — парламенты, президенты, главы администраций, судебные органы, а также органы местного самоуправления. В США, например, избранию подлежат президент и вице-президент, обе палаты Конгресса США, органы власти в штатах, включая губернато- j ров, вице-губернаторов и членов законодательных собраний, советы а графств, муниципальные советы, советы специальных округов и должностные лица органов штатов и на местном уровне, и в том числе судьи, окружные атторнеи и представители правоприменяющих органов (шерифы, полицейские медицинские эксперты — коронеры Д и др.). v

2. Непосредственная демократия: понятие, юридическая природа и формы 163

Конституции, как правило, закрепляют главные принципы избирательного права, определяют круг субъектов избирательного права, основные начала, на которых оно должно строиться, условия предоставления и лишения избирательного права. Причем объем конституционного регулирования довольно различен. Одни конституции ограничиваются отдельными разрозненными статьями, а другие вводят специальные главы или разделы о выборах. Например, ст. 48 Конституции Италии провозглашает, что избирательным правом пользуются все достигшие совершеннолетия граждане — мужчины и женщины, а голосование характеризуется как личное, равное, свободное и тайное. Конституция предусматривает, что голосование в Италии является общественным долгом. В Конституции Греции имеются главы, посвященные порядку избрания Президента Республики и Палаты депутатов. Пункт 3 ст. 51 этой Конституции устанавливает, что депутаты избираются прямым, всеобщим и тайным голосованием гражданами, имеющими право голоса, а закон может ограничивать право голоса только по условиям минимального возраста, гражданской недееспособности или вследствие осуждения за некоторые тяжкие уголовные преступления. Конституционные положения детально развиваются в избирательных законах, регламентах палат законодательных (представительных) органов власти и иных нормативных актах.

Избирательное право и выборы являются важнейшим элементом политической жизни любой страны также потому, что с их помощью происходит легитимация власти.

Важнейшей формой прямого народовластия является референдум.

Референдум — это всенародный опрос, в котором принимают участие все граждане государства, имеющие избирательные права. Он проводится по особо важным вопросам государственной либо общественной жизни.

В конституционном праве различают несколько видов референдума: а) императивный и консультативный; б) конституционный и законодательный; в) обязательный и факультативный; г) общегосударственный и местный.

При императивном референдуме волеизъявление народа выражается в принятии решения, имеющего важную юридическую силу и действующего на всей территории страны.

Консультативный референдум имеет целью выявление общественного мнения, которое учитывается органами государственной власти в процессе принятия какого-либо закона или иного важного решения.

Разделение референдума на конституционный и законодательный основано на правовом характере принимаемых актов: конституции или закона.

Глава VIII. Конституционные формы народовластия

Обязательным референдум считается тогда, когда орган, его назначающий, обязан при наличии определенных конституцией условий назначить его проведение. При факультативном референдуме, наоборот, компетентный государственный орган по своему усмотрению решает вопрос о назначении референдума.

Референдумы могут проводиться либо по инициативе высших законодательных органов (например, Швейцария, Норвегия, Дания, Болгария), либо по инициативе президента (Франция, Греция).

Отношение к референдуму также различное. Например, в США нет федерального законодательства о референдуме, а на уровне отдельных штатов они носят в основном консультативный, совещательный, а не обязательный характер. Это связьівают с тем, что американцы считают проведение референдумов нецелесообразным, поскольку в этих случаях, по их мнению, происходит подмена представительных органов, а значит и снимается с них ответственность за принимаемое решение. Кроме того, имеется опасение некомпетентного решения вопросов на референдумах и подмены профессионализма популиз-мом.

В соответствии с п. 6 ст. 29 Основного закона в ФРГ предусматривается возможность проведения референдума, народного опроса и народной инициативы. Подробности их проведения регулирует Федеральный закон о процедуре референдума, народной инициативы и народного опроса от 30 июля 1979 г.’ В соответствии с этим законом, раздел первый которого посвящен референдуму, установлено, что предметом референдума является закон о новом территориальном делении. Здесь определяется порядок проведения референдума и порядок образования новой земли или земли в новых границах.

Второй раздел закона посвящен народной инициативе и устанавливает, что на ограниченной территории со взаимосвязанными населенными пунктами и экономикой, если ее отдельные части находятся в нескольких землях, а население составляет не менее одного миллиона человек, может быть осуществлена процедура народной инициативы. При этом народная инициатива направлена на то, чтобы территория нового районирования приобрела единую земельную принадлежность.

Предметом народного опроса в соответствии с разделом третьим Федерального закона является принятие закона, по которому предлагается изменение принадлежности территорий к той или иной земле. Опрашиваемый должен ответить, согласен ли он с предлагаемым изменением территории к той или иной земле или желал бы сохранения ее прежнего статуса.

‘ Федеративная Республика Германии. Конституция и законодательные акты. М., 1991. С. 149—167.

2. Непосредственная демократия: понятие, юридическая природа и формы 165

Таким образом, все три предусмотренные законом ФРГ непосредственные формы народовластия: референдум, народная инициатива и народный опрос связаны с территориальным делением страны.

При этом не допускается проведение референдума в отношении законов о налогах и бюджете, об амнистии и помиловании, о полномочиях на ратификацию международных договоров.

Статья 132 Конституции Италии предусматривает возможность проведения референдума о территориальном изменении областей:

слияние существующих областей, создание новых, а также может быть разрешено провинциям и общинам по их желанию отделиться от одной области и присоединиться к другой.

Кроме того, ч. 2 ст. 71 Конституции Италии предусматривает и такую форму непосредственной демократии, как законодательная инициатива народа: «Народ осуществляет законодательную инициативу путем внесения от имени не менее чем пятидесяти тысяч избирателей законопроекта, составленного в форме статей закона».

По конституционному законодательству Италии и Франции референдумы проводятся при необходимости внесения изменений в Конституцию. Так, итальянская конституция устанавливает, что законы, изменяющие Конституцию, сначала принимаются каждой из палат парламента после двух последовательных обсуждений с промежутком не менее трех месяцев, а затем одобряются абсолютным большинством членов каждой палаты при втором голосовании.

В Италии такие законы выносятся на референдум, если в течение трех месяцев по их опубликовании этого потребует пятая часть членов одной из палат, или пятьсот тысяч избирателей, или пять областных советов. При этом ст. 138 Конституции Италии устанавливает, что закон, вынесенный на референдум, не считается принятым, если он не одобрен большинством признанных действительными голосов.

Если же в каждой из палат закон, изменяющий Конституцию, принят большинством двух третей их членов, то референдум не проводится.

Во Франции инициатива пересмотра Конституции принадлежит Президенту Республики, действующему по предложению Премьер-министра, а также членам Парламента.

Требуется, чтобы проект или предложение пересмотра Конституции были приняты двумя палатами в идентичной редакции. Пересмотр Конституции является окончательным после одобрения его референдумом. Однако проект пересмотра не передается на референдум, гласит ст. 89 Конституции Франции, когда Президент Республики решает представить его на рассмотрение Парламента, созванного в качестве Конгресса. В этом случае, также как и в Италии, требуется голосование квалифицированным большинством голосов.

Глава VIII. Конституционные формы народовластия

Проект пересмотра Конституции Франции считается одобренным только тогда, когда он получает большинство в три пятых общего числа поданньїх голосов.

Кроме того, французская конституция устанавливает два случая, когда никакая процедура пересмотра конституции не может быть начата или продолжена: это, во-первых, при посягательстве на целостность территории, и, во-вторых, не может быть предметом пересмотра республиканская форма правления.

Итальянская конституция в ст. 75 предусматривает возможность проведения референдума для отмены, полностью или частично, любого закона или акта Республики, имеющего силу закона, за исключением законов о налогах и бюджете, об амнистии и помиловании, о полномочиях на ратификацию международных договоров. Вынесенное на референдуме предложение считается принятым, если в голосовании участвовали большинство имеющих на это право и если предложение собрало большинство голосов, признанных действительными. Более подробно порядок проведения референдума и законодательной инициативы в Италии регулируется Законом № 352 от 25 мая 1970 г., утвердившим Положения о референдумах, предусмотренных Конституцией, и законодательной инициативе народа’.

Смотрите еще:

  • Увольнение при срочном контракте Порядок увольнения по срочному трудовому договору Обновление: 26 сентября 2016 г. Принимая решение о найме сотрудника в компанию временно, нужно учитывать, что процедура увольнения по срочному трудовому договору будет […]
  • Примеры заполнения трудовой книжки при увольнении 2014 Запись в трудовой книжке: увольнение по собственному желанию Обновление: 8 февраля 2017 г. ​Образец заполнения трудовой книжки при увольнении работника по собственному желанию Увольнение по инициативе работника (по его […]
  • Ст 27 трудовой кодекс Глава 27. Гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора Статья 178. Выходные пособия При расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 […]
  • Особенности увольнения по соглашению сторон Увольнение работника по соглашению сторон Трудовой договор по соглашению обеих сторон может быть прекращен в любой момент (ст. 78 ТК РФ). Сотрудника можно уволить, даже если он болен или находится в отпуске. […]
  • Если работник написал заявление на увольнение не за две недели Работник написал заявление об увольнении по собственному желанию менее чем за 14 дней (1 июня с датой увольнения 03.06.2016), работодатель согласился уволить работника с указанной даты (до истечения двух недель). В […]
  • Уведомление работодателя о увольнении Увольнение по собственному желанию Увольнение по собственному желанию (другими словами, по инициативе работника) - одно из самых распространенных оснований расторжения трудового договора. Инициатива прекращения […]
admin

Обсуждение закрыто.